Моя Встреча Нового 1972 года Или Наказание без преступления
Томск. Общежитие №6 мехмата по ул. Советская, 59. 31 декабря 1971 года. Последние часы уходящего года. Предновогодняя суета постепенно затихает. В вестибюле общежития, в кресле вахтёра сижу я, студент 1-го курса, исполняющий обязанности дежурного по вахте, в качестве наказания за преступление, которого не совершал. Для того, чтобы полностью прояснить ситуацию, надо вернуться на 3 месяца назад. После 5-й попытки поступить я, наконец-то, был зачислен студентом в 414 группу мехмата ТГУ. В сентябре первокурсники должны были отработать в колхозе. До 1 сентября оставалась неделя, и я, как и многие новоиспеченные студенты, решил поехать домой. Вернулся я 31 августа, но моя 414 группа уже уехала в колхоз. Меня присоединили к 415 группе механиков. Теперь, с высоты возраста, понимаю, насколько мудрой была традиция отправлять первокурсников в колхоз! Там в кратчайшие сроки становилось ясно кто есть кто. И вот в начале октября мы вернулись из колхоза. В вестибюле общежития были вывешены списки первокурсников с указанием комнат проживания. Я вошел в свою комнату и на меня устремили удивлённые взгляды 4-х одногруппников. Я был старше их на год, а моя месячная борода добавляла мне еще несколько лет. Возникла напряженная пауза. "Давайте знакомиться!" - предложил я, и вроде бы обстановка разрядилась. Так я узнал, что мне предстоит жить с Богдановым Алексеем, Лошкаревым Володей, Кулябиным Володей и Казанцевым Володей (светлая ему память). А на следующий день, когда я сбрил бороду, ребята заметно повеселели. Уже совсем не чувствовалось возрастное различие. Однако сразу же возникла другая проблема: трое из нас были курящими, а я с Казанцевым - нет. Я настаивал, на том, чтобы в комнате не курили. Казанцев проявлял нейтралитет. Но курильщики яростно сопротивлялись, ссылаясь на принцип большинства. Мои доводы о вреде курения не помогали. Пришли к вялому компромиссу: в моем присутствии в комнате не курили. Довольно быстро мы все втянулись в новую для всех нас студенческую жизнь. Я решил не запускать учебу и часто пропадал в читальных залах. В общежитии читалка была открыта круглосуточно. И вот однажды, в начале декабря, примерно в 18:00, я сосредоточенно разбирал конспект последней лекции по матанализу. Ко мне подбежал председатель студсовета Валера Шупегин и, не особо церемонясь с правилами поведения в читальных залах, довольно громко спросил: “Ефим, у тебя ключи от комнаты с собой? У вас в комнате пожар!” Через минуту, когда я открывал комнату, было видно, как из всех щелей валил едкий дым. В комнате дым был таким густым, что, находясь в шаге друг от друга, мы не видели один другого. И пламени видно не было. Первое, что я сделал - проверил все розетки. К счастью, они были свободны. Потом пришло убеждение, что пламени тоже нет. Оставалось выяснить причину дыма. Я открыл форточку, чтобы легче дышать и заодно проветрить комнату. И тут я обнаружил, что дым образуется как раз между рамами окна, где мы соорудили самодельный “холодильник” и куда укладывали продукты, завернутые в бумагу. Но чтобы поджигать бумагу? Такое никому не приходило в голову. Мой мозг начал усиленно генерировать версии того, как это все могло произойти. Довольно быстро я остановился на такой: Меня в комнате не было. Пользуясь моментом, ребята захотели покурить. Затем пришло время ужинать, и они решили, как это не раз бывало в прошлом, выбросить недокуренные сигареты в форточку. Кто-то из них не попал в цель и непогашенная сигарета оказалась в нашем “холодильнике” между бумагами. Ребята или не обратили внимания, или не захотели возиться, надеясь на авось, и пошли в столовую. Тем временем, процесс возгорания медленно, но пошел. Я подумал, о том, как хорошо, что у нас такой бдительный председатель! В этот момент именно он, председатель студсовета, прервал мои мысли и сказал: “Это дело просто так не пройдет. Это ЧП! Готовьтесь к персональному делу вашей комнаты”- и ушел. Форточка оставалась открытой, и в комнате стало холодно. Через несколько минут появились ребята, сытые и довольные. Почувствовав запах дыма, они поинтересовались, что произошло. Уже не помню, какова была их первая реакция после моего рассказа, но их настроение нисколько не испортилось. И только после того, как они узнали о предстоящем персональном деле нашей комнаты, все осознали серьезность положения. Никто из нас представления не имел, о том, какое наказание нас ожидает. Последующие несколько дней мы, укладываясь спать, обсуждали и перебирали варианты наказаний, которые могут к нам применить. От простого выговора до исключения из университета. До нового года оставалось несколько дней. Наша группа решила собраться в новогоднюю ночь в одной из комнат. Я не собирался участвовать в этой вечеринке, поскольку еще раньше дал себе слово: “До первой сессии ни глотка спиртного!”. И вот наступил день икс. Персональное дело нашей комнаты решили проводить на совместном заседании студенческого бюро и профсоюзного. Не хочу сказать, что все были настроены резко против нас. Были и здравые голоса, понимавшие, что поскольку никакого серьезного материального ущерба не было, то и наказывать нужно соответственно. В конце концов, постановили, что в новогоднюю ночь представители комнаты дежурят на вахте. В целом, все мы остались довольны вердиктом. Как говорится, могло быть хуже. Ближе к новому году стали обсуждать очередность дежурства на вахте. Главная проблема возникла при определении первого дежурного, которому предстояло дежурить в момент наступления Нового года. И это понятно… Кто-то предложил: кто не идет на вечеринку, тот более свободен и сможет отдежурить. Как мне показалось, в этом предложении был здравый смысл, и я согласился. По иронии судьбы, тот, кто в этой истории был меньше всего виноват, получил большее наказание. Вот так я оказался в свою первую в моей студенческой жизни новогоднюю ночь на вахте своего общежития. Часы пробили полночь! Зловещая тишина в несколько секунд показалась мне очень длинной. И вдруг, как гром среди ясного неба, послышался резкий залп бьющегося стекла. Это пустые бутылки из под шампанского прощались со своей жизнью. Студенты от души разбивали бутылки на счастье, причем били не у себя комнате, а выходили в коридор. Не знаю, принесло ли это действо им много счастья, но битого стекла на полу было очень много... Но это был последний случай такого рода... И тут Гриша Карпов поправил мои воспоминания: "Не согласен: били стаканы и в последующие встречи НГ. Но быстро убирали. Масштаб был уже не тот, что в первый раз…" Через четверть часа из комнат стали доноситься звуки музыки и веселые возгласы. А потом пришли ребята, чтобы меня сменить и принесли что-то поесть с праздничного стола. Было так вкусно, что жизнь уже казалась раем. А вообще, я нисколько не жалею, что встретил Новый год на вахте. Совсем другой взгляд со стороны. Поэтому и запомнилось все это. В последующие годы, в новогоднюю ночь, по крайней мере, насколько мне известно, в нашем общежитии ни одна бутылка не была разбита. Но это уже другая история.